Когда Пол Розенберг ещё сам читал рэп, Proof хотел познакомить его с «ещё одним белым парнем» из детройтской сцены. Пол впечатлился не сразу, и убедили его только ранние наброски Slim Shady EP, где Эминем нашел свой голос и звучание.
Недавно Пол Розенберг пришёл на YouTube-шоу, которое ведут Tony Yayo и Uncle Murda. Он подготовился настолько, что привёл с собой DJ WhooKid — «на случай вопросов, на которые я сам отвечать не хочу», пошутил Пол. Во время беседы менеджер Эминема делился воспоминаниями:
«Я встретил Эминема благодаря Proof», — говорит он. «Когда я учился в юридическом в Детройте, я по субботам ходил в Hip-Hop Shop. Это был магазин Maurice Malone, и по субботам они освобождали помещение от одежды и устраивали опен-майки и баттлы. Proof был менеджером магазина, если можете в это поверить. Он управлял магазином и вёл баттлы».
«И вот однажды он отводит меня в сторону и говорит: “Задержись немного. Хочу познакомить тебя с одним парнем. Хочу, чтобы ты услышал, как он читает”. Я такой: “Окей, без проблем”. И Proof добавляет: “Он белый”».
Оказвается Пол в то время и сам был частью хип-хоп сцены: «Ты, наверное, не знаешь, но я раньше читал рэп. Proof знал меня как рэпера, поэтому он представлял меня другому белому рэперу. Я был рад познакомиться. Тогда я должен был стать тем самым юристом, который будет работать с детройтскими хип-хоп-артистами. Я знал Proof, J Dilla, Slum Village и всех этих ребят. Я остался после закрытия, и заходит этот парень. Тогда у него была короткая стрижка, он был в белом спортивном костюме, выглядел немного… ну, простовато. И Proof сказал: “Врубай инструментал”».
«Он зачитал — и да, он был достаточно хорош. Небеса не разверзлись, луч света не упал», — вспоминает Пол. «Я подумал: хороший, ну может даже на грани очень хорошего. Но лучший? Нет. Он ещё тогда не зашел настолько далеко».
Позже Пол снова встретил Маршалла — уже после выхода «Infinite» — и всё ещё не видел в нём будущую суперзвезду: «Я приходил туда каждую субботу. И однажды он снова был там — продавал кассеты по шесть долларов. Это был альбом “Infinite”. Я купил его. И снова — хорошо, очень хорошо. Огромный потенциал, но ещё не сформировался до конца».
Понадобилось время, чтобы Пол наконец услышал в Маршалле то, что искал:
«Я закончил юрфак, переехал в Нью-Йорк, но оставался на связи. В начале 1997-го я говорил с одним своим старым диджеем — тем самым, который крутил пластинки в Hip-Hop Shop, DJ Head. Не тем, которого знают в Лос-Анджелесе, другим. И он сказал: “Ты должен послушать последнее, что делает Эминем”. Я ответил: “Хорошо, но я не знаю, как с ним связаться”. Он дал мне номер».
«Я позвонил: “Ты меня помнишь?” — “Конечно”. — “Пришлёшь, над чем работаешь?” — “Да”. И он отправил мне кассету. Тогда не было MP3, ничего такого».
На кассете были «Just Don’t Give a Fuck», «No One’s Iller», трек «Slim Shady» и ранняя версия «Just the Two of Us» — зачатки будущего EP «Slim Shady». И вот тогда я понял: всё. Он нашёл свой голос. Нашёл стиль. Он стал уникальным. Он перестал пытаться звучать как кто-то ещё. Он стал собой. Так началась эта история».
То, что миллионам казалось мгновенным взлётом Slim Shady на MTV, было результатом лет работы, ошибок и поиска себя среди музыкальных образов того времени. Пол Розенберг был там с самого начала и видел, как Маршалл выбивал себе путь на вершину искусства, в котором пока что даже не признавали возможности белых артистов. Так, Пол и Маршалл сейчас продолжают слагать лененду о злом блондине из трущоб.
